Усадьба Грачёвка. Монте-Карло на лихоборских берегах
Здесь бывали Брюсов, Гиляровский, Скрябин. Пётр Чайковский оставил нелестные воспоминания о Ховрино, а художники ценили эту местность и даже писали портреты здешних крестьян. Усадебную церковь Знамения сравнивали с храмом Христа Спасителя, а саму усадьбу Грачёвка - с игорным домом в Монте-Карло. В здании долгое время находилось медицинское учреждение, из-за чего полноценная реставрация была невозможна. Год назад долгожданные работы все же начались.
История вотчины Ховриных‑Головиных под Москвой берёт начало в конце 15 — начале 16 веков. Один из первых владельцев Григорий Сафарин носил прозвище "Ховра" (по другой версии, фамилия произошла от византийской династии Комнен — к ней якобы восходил род Ховриных). От Ховриных произошли другие известные фамилии - Третьяковы и Головины.
В 1584 году Ховрино было деревней; в Смутное время её уничтожили, но к середине 17 века жизнь возродилась: при Василии Шереметеве здесь жили 33 человека и действовала Никольская церковь. К концу 17 века в имении было уже два деревянных храма; позднее, при Головиных, к 1741 году построили единственный каменный храм.
Среди владельцев имения — Фёдор Головин (сподвижник Петра, первый кавалер ордена Андрея Первозванного), Пётр Оболенский (отец декабриста), Наталья Столыпина (сестра бабушки Лермонтова) и Лука Жемчужников (игрок, доведший до долгов Пушкина).
В 1584 году Ховрино было деревней; в Смутное время её уничтожили, но к середине 17 века жизнь возродилась: при Василии Шереметеве здесь жили 33 человека и действовала Никольская церковь. К концу 17 века в имении было уже два деревянных храма; позднее, при Головиных, к 1741 году построили единственный каменный храм.
Среди владельцев имения — Фёдор Головин (сподвижник Петра, первый кавалер ордена Андрея Первозванного), Пётр Оболенский (отец декабриста), Наталья Столыпина (сестра бабушки Лермонтова) и Лука Жемчужников (игрок, доведший до долгов Пушкина).
Новый расцвет Ховрина связан с именем московского миллионера Евграфа Молчанова. На основе регулярного липового парка второй половины 18 века он обустраивает обширный парк с кедрами, соснами, пихтами и ивами, украшает его беседками, мостиками и гротами. Началось строительство главного дома, конного двора, железнодорожной платформы и усадебной церкви Знамения. Вероятно, автором всех этих проектов был зодчий Михаил Быковский, часто выполнявший заказы семьи Молчановых.
Усадьба тех времён представляла собой развитый садово-парковый ансамбль на берегах длинного пруда, с жилыми и хозяйственными постройками. К трехэтажному барскому дому, возвышавшемуся в центре комплекса, с разных сторон вели дороги, по которым можно было добраться до окрестных сёл, поместий и Москвы. Фрагменты тех пейзажей можно было увидеть еще в 1970-х годах, а до наших дней из парковых насаждений усадьбы дошёл самый старый дуб Москвы – ему около 440 лет (как пишет одно из изданий, "он застал царствование Бориса Годунова и Смутное время").
После смерти Молчанова его дело продолжила вдова Елизавета Иосифовна. В 1879 году она продает усадьбу купцу Панову, а в 1890 году жертвует небольшой участок земли в пользу детского приюта имени Александра II. Отношения с местными крестьянами у Панова не заладились, и в 1884 году его усадьбу сожгли. Пострадавшее имение приобрел в 1895 году купец первой гильдии Митрофан Грачёв (впоследствии местное население переименует усадьбу в Грачёвку, чтобы отличать её территорию от территории села).
При новом владельце усадьба за короткое время была полностью перестроена: расчищен и благоустроен парк, обновились хозяйственные постройки. А главное: по проекту популярного тогда московского зодчего Льва Кекушева в 1900 году архитектором Георгием Кайзером был построен богато украшенный дворец по образцу игорного дома в Монте-Карло (в Ховрине Кайзер также спроектировал приходскую школу и устройство духового отопления в церкви).
Усадьба тех времён представляла собой развитый садово-парковый ансамбль на берегах длинного пруда, с жилыми и хозяйственными постройками. К трехэтажному барскому дому, возвышавшемуся в центре комплекса, с разных сторон вели дороги, по которым можно было добраться до окрестных сёл, поместий и Москвы. Фрагменты тех пейзажей можно было увидеть еще в 1970-х годах, а до наших дней из парковых насаждений усадьбы дошёл самый старый дуб Москвы – ему около 440 лет (как пишет одно из изданий, "он застал царствование Бориса Годунова и Смутное время").
После смерти Молчанова его дело продолжила вдова Елизавета Иосифовна. В 1879 году она продает усадьбу купцу Панову, а в 1890 году жертвует небольшой участок земли в пользу детского приюта имени Александра II. Отношения с местными крестьянами у Панова не заладились, и в 1884 году его усадьбу сожгли. Пострадавшее имение приобрел в 1895 году купец первой гильдии Митрофан Грачёв (впоследствии местное население переименует усадьбу в Грачёвку, чтобы отличать её территорию от территории села).
При новом владельце усадьба за короткое время была полностью перестроена: расчищен и благоустроен парк, обновились хозяйственные постройки. А главное: по проекту популярного тогда московского зодчего Льва Кекушева в 1900 году архитектором Георгием Кайзером был построен богато украшенный дворец по образцу игорного дома в Монте-Карло (в Ховрине Кайзер также спроектировал приходскую школу и устройство духового отопления в церкви).
Приобретение усадьбы и выбор проекта господского дома окружены легендами, согласно которым Митрофан Грачёв был страстным игроком в карты, и именно благодаря им он сколотил своё состояние. Вероятно, что он выиграл в карты и Ховрино. Есть ещё одна версия, в основе которой лежат рассказы одного из сыновей купца – согласно ей, в молодости Грачёв служил приказчиком у богатого помещика, бравшего его с собой за границу. Однажды в игорном доме в Монте-Карло он выиграл целое состояние, после чего его жизнь круто изменилась. Именно поэтому за основу при проектировании ховринского дворца был взят игорный дом в Монте-Карло.
Ховрино нашло отражение в русской культуре. В 1887 году здешние места посетил Пётр Чайковский и оставил о них нелестные отзывы. А композитор Сергей Танеев называл здешние места прекрасными. Художники любили Ховрино и считали его «вторым Барбизоном» (среди них – К. Лемох, моделями для картин которого служили местные крестьяне). Сюда приезжали Владимир Гиляровский, Алексей Толстой, семья юного композитора Скрябина, а Валерий Брюсов осенью 1897 года обвенчался в ховринской церкви с Иоанной Рунт. В 1920-х годах усадьба Грачёвка послужила декорацией для мистической драмы «Медвежья свадьба».
С открытием в 1910 году в Ховрине сортировочной железнодорожной станции дачная жизнь начинает приходить в упадок, но местность все ещё остаётся привлекательной для размещения санаториев и больниц. На участке по другую сторону железной дороги, ранее занятом уже упоминавшимся детским приютом (а впоследствии земской больницей), в 1913 году строится здание физиотерапевтического лечебного учреждения, ставшего первым в России.
После революции в усадьбе (занятой туберкулёзным санаторием для женщин) ещё сохранялся обширный парк с каскадными прудами, гротами и водонапорной башней. Церковь Знамения, которую некогда сравнивали с храмом Христа Спасителя, закрыли в 1939 году.
Ховрино нашло отражение в русской культуре. В 1887 году здешние места посетил Пётр Чайковский и оставил о них нелестные отзывы. А композитор Сергей Танеев называл здешние места прекрасными. Художники любили Ховрино и считали его «вторым Барбизоном» (среди них – К. Лемох, моделями для картин которого служили местные крестьяне). Сюда приезжали Владимир Гиляровский, Алексей Толстой, семья юного композитора Скрябина, а Валерий Брюсов осенью 1897 года обвенчался в ховринской церкви с Иоанной Рунт. В 1920-х годах усадьба Грачёвка послужила декорацией для мистической драмы «Медвежья свадьба».
С открытием в 1910 году в Ховрине сортировочной железнодорожной станции дачная жизнь начинает приходить в упадок, но местность все ещё остаётся привлекательной для размещения санаториев и больниц. На участке по другую сторону железной дороги, ранее занятом уже упоминавшимся детским приютом (а впоследствии земской больницей), в 1913 году строится здание физиотерапевтического лечебного учреждения, ставшего первым в России.
После революции в усадьбе (занятой туберкулёзным санаторием для женщин) ещё сохранялся обширный парк с каскадными прудами, гротами и водонапорной башней. Церковь Знамения, которую некогда сравнивали с храмом Христа Спасителя, закрыли в 1939 году.
В дни битвы под Москвой в усадебном дворце размещался военный госпиталь для тяжелораненых. Тогда же в парке появилось захоронение солдат и офицеров 316-й (Панфиловской) стрелковой дивизии, ополченцев и мирных жителей. В 1975 году был установлен мемориал «Советским воинам – защитникам Москвы» - единственный в столице памятник, расположенный на месте захоронения павших при обороне Москвы солдат.
После войны в усадьбу перевели Московскую областную физиотерапевтическую больницу. Медицинское назначение здания не могло не отразиться на его архитектуре: открытые веранды, задуманные Кекушевым, превратились в больничные палаты и кабинеты.
К 1979 году ансамбль взяли под государственную охрану, однако утраты предыдущих десятилетий оказались ощутимыми: исчезли парковые украшения, обезображенная церковь Знамения долгое время использовалась под склады и мастерские. Были засыпаны пруды, что отразилось на экосистеме реки Лихоборки. В начале 1980-х к усадьбе просыпается интерес: в ней ведутся реставрационные работы, выдвигаются предложения о выводе из её стен больницы и размещении там учреждений культуры. В 1991 году церковь Знамения передали верующим, состоялась первая служба.
В 2025 году началась реставрация усадьбы. Известно, что до наших дней дошли двухсветный танцевальный зал, живописный плафон большого зала, мраморный камин с декоративными элементами в виде женских головок, раковин и растительных орнаментов. Шпиатровый фасадный декор восстанавливается в мастерской в Москве, вазоны и скульптуры львов передали в мастерские Санкт-Петербурга (один из львов, поразительно похожий на "грачёвских", недавно обнаружился во дворе дома 6к2 на улице Ляпидевского).
После войны в усадьбу перевели Московскую областную физиотерапевтическую больницу. Медицинское назначение здания не могло не отразиться на его архитектуре: открытые веранды, задуманные Кекушевым, превратились в больничные палаты и кабинеты.
К 1979 году ансамбль взяли под государственную охрану, однако утраты предыдущих десятилетий оказались ощутимыми: исчезли парковые украшения, обезображенная церковь Знамения долгое время использовалась под склады и мастерские. Были засыпаны пруды, что отразилось на экосистеме реки Лихоборки. В начале 1980-х к усадьбе просыпается интерес: в ней ведутся реставрационные работы, выдвигаются предложения о выводе из её стен больницы и размещении там учреждений культуры. В 1991 году церковь Знамения передали верующим, состоялась первая служба.
В 2025 году началась реставрация усадьбы. Известно, что до наших дней дошли двухсветный танцевальный зал, живописный плафон большого зала, мраморный камин с декоративными элементами в виде женских головок, раковин и растительных орнаментов. Шпиатровый фасадный декор восстанавливается в мастерской в Москве, вазоны и скульптуры львов передали в мастерские Санкт-Петербурга (один из львов, поразительно похожий на "грачёвских", недавно обнаружился во дворе дома 6к2 на улице Ляпидевского).
Фото : pastvu.com